24 февраля Верховный Суд вынес Определение № 305-ЭС24-11316 по делу № А40-46373/2023, в котором согласился с апелляцией о том, что само по себе получение дохода в результате выгодной конверсионной операции не свидетельствует о недобросовестных действиях клиента, а является результатом предпринимательской деятельности банка.
18 февраля 2020 г. ООО «Оптимум Интент» присоединилось к условиям договора комплексного банковского обслуживания в АО «Тинькофф Банк», в рамках которого клиенту были открыты счета в различных валютах.
27 февраля 2022 г. к уже имеющимся договорам банковского счета дополнительно были заключены еще три договора. Обществу были открыты счета в валютах EUR и GBP. В тот же день с 19:25 по 20:06 общество «Оптимум Интент» совершило 18 операций конвертации валюты, в рамках которых клиент последовательно переводил денежные средства из RUB в GBP, из GBP в EUR, из EUR – вновь в RUB. Ночью 11 марта 2022 г. с 00:14 по 02:48 общество совершило подряд 123 операции конвертации валюты: из USD в EUR, из EUR в GBP, из GBP – снова в USD.
14 марта 2022 г. банк выявил сбои в расчете кросс-курсов валют, произошедшие 27 февраля, 1 марта и 11 марта из-за ошибок, допущенных сотрудниками при установке и обновлении конкретных значений курсов конвертации в компьютерной программе банка. В результате этого отображаемые курсы валюты, доступные для конвертации в рамках различных валютных пар, значительно отличались от рыночных курсов, что создало предпосылки для необоснованного обогащения клиентов в результате проведения массовых операций конвертации валюты, используя уязвимость в работе алгоритма промежуточной конвертации. 25 марта 2022 г. банк в одностороннем порядке, без каких-либо поручений и акцепта общества «Оптимум Интент», списал с его счета более 313,8 тыс. долларов США, указав в качестве основания проведение корректировки по операциям конвертации.
Считая списание незаконным и ведущим к неосновательному обогащению банка, общество «Оптимум Интент» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском о взыскании более 30,1 млн руб. неосновательного обогащения, составляющего рублевый эквивалент необоснованно списанных денежных средств.
Ссылаясь на ст. 10 и 1102 ГК, а также п. 2.19 Условий комплексного банковского обслуживания, суд первой инстанции отказал в удовлетворении иска. Он исходил из того, что действия клиента по совершению неоднократных операций конвертации валюты в пределах установленного банком технического лимита являются недобросовестными, не имеют явного экономического смысла и свидетельствуют о желании воспользоваться ошибкой банка с целью получения прибыли. Клиент осознавал, что установленный банком курс является некорректным, поскольку курс продажи валюты всегда ниже курса покупки валюты банком, и предвидел последствия своих действий, направленных исключительно на получение неосновательного обогащения и причинение банку убытков.
Как отметил суд, совершение более сотни однотипных и последовательных операций конвертации валюты за два дня свидетельствует о нетипичном поведении общества и о том, что оно стремилось совершить наиболее возможное количество операций по конвертации валюты с целью извлечения прибыли до тех пор, пока банк не обнаружит возникший сбой. В связи с этим первая инстанция пришла к выводу, что после обнаружения ошибки банк правомерно списал денежные средства со счета клиента, злоупотребившего правом.
Апелляционный суд отменил это решение, указав, что п. 2.19 Условий комплексного банковского обслуживания не наделяет банк правом списывать со счета истца спорные денежные средства, поскольку данное положение предоставляет право банку списать со счета задолженность клиента, к которой выгода от конверсионных операций не относится. Он отметил, что спорные операции совершены обществом при использовании сервиса банка и в соответствии с установленным им кросс-курсом валют в разные даты. Уведомлений об установлении ошибочного курса до момента совершения таких операций банк не направлял клиенту. Тот факт, что кросс-курс валют был ниже, чем установленный Центробанком России, не свидетельствует о злоупотреблении истцом правом, поскольку кредитным организациям, совершающим валютные операции, предоставлена возможность самостоятельно определять курс, применяемый по операциям со своими клиентами, прибыль или убытки от таких операций являются результатами предпринимательской деятельности банка. Не свидетельствует о злоупотреблении правом и то, что операции по конвертации валют были совершены в короткий промежуток времени.
Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что само по себе получение дохода в результате выгодной конверсионной операции не свидетельствует о недобросовестных действиях клиента, является результатом предпринимательской деятельности банка, оснований для возложения убытков от ведения которой на контрагента, действующего в рамках заключенного договора и принятых на себя обязательств, не имеется.
Суд округа отменил постановление апелляции, оставив в силе решение первой инстанции. Кассация согласилась с выводом о злоупотреблении правом, указав, что при совершении конверсионных операций общество умышленно воспользовалось уязвимостью алгоритма промежуточной конвертации в программном обеспечении банка, совершив сделки исключительно с целью собственной выгоды.
Общество «Оптимум Интент» обратилось в Верховный Суд РФ. Изучив материалы дела, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС отметила, что 27 февраля, 1 марта и 11 марта 2022 г. банк, самостоятельно определив курсы валют, разместил в открытом доступе публичную оферту для неопределенного круга лиц на совершение сделок по купле-продаже валюты. Общество, имея в банке несколько открытых счетов, 27 февраля и 11 марта совершило с их использованием операции по конвертации валюты по установленному банком курсу.
Верховный Суд указал: делая вывод о злоупотреблении обществом правом при совершении операций по конвертации валюты, суды первой и кассационной инстанций ничем его не обосновали и не указали, каким образом общество могло распознать наличие какой-либо ошибки в установленных банком курсах валют и в силу чего общество должно было воздержаться от совершения данных сделок. Между тем установленные банком курсы валют были доступны всем клиентам банка, которые по своему усмотрению при совершении сделок соглашались или не соглашались с этими курсами. Иных курсов валют банк не размещал, общество не могло приобрести валюту по иным курсам.
Доводы судов первой и кассационной инстанций о совершении обществом многочисленных операций по конвертации валют в короткий промежуток времени по кросс-курсу валют, отличающемуся от установленного Центробанком России, не свидетельствуют о злоупотреблении обществом правом, подчеркнул ВС.
При этом, добавил он, исходя из предмета спора и доводов банка, бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении обществом правом, лежит на банке. Однако таких доказательств банк не представил, что правильно отметил суд апелляционной инстанции. То обстоятельство, что сделки по конвертации валют оказались невыгодными для банка, ведущего предпринимательскую деятельность, не лишало общества права на совершение выгодных для него конверсионных операций с учетом отсутствия у него каких-либо возможностей повлиять на установленные банком курсы валют.
Как отметил Верховный Суд, отсутствуют доказательства того, что установленное банком значение курсов валют 27 февраля, 1 марта и 11 марта 2022 г. произошло вследствие технического сбоя, поскольку представители банка сами указывали на ошибки сотрудников банка при установлении данных курсов. Кассация, ссылаясь на п. 2.19 Условий комплексного банковского обслуживания юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и физических лиц, занимающихся частной практикой, и п. 2 ст. 854 ГК, указала, что банк вправе произвести пересчет по курсу ЦБ операций конвертации валют, совершенных обществом, и списать со счета общества более 313,8 тыс. долларов США (рублевый эквивалент более 30,1 млн руб.), как неосновательно зачисленные. Апелляция сделала вывод о том, что п. 2.19 Условий банковского обслуживания не наделает банк правом списать со счета общества спорные денежные средства, поскольку указанное положение Условий предоставляет банку право списать со счета задолженность клиента перед банком. Условия договора, заключенного обществом и банком, содержат закрытый перечень оснований для безакцептного списания денежных средств.
Между тем, разъяснил ВС, списанные банком денежные средства не являются комиссией или платой за предоставление услуг, неустойкой, суммой, которую клиент обязан выплатить по иным договорам или просроченной задолженностью. Банк не доказал, что полученный клиентом доход от конверсионных операций является задолженностью клиента перед банком. Фактически банк в одностороннем порядке без наличия на то полномочий произвел перерасчет операций от 22 февраля и от 11 марта 2022 г. по иным курсам, чем те, которые действовали в момент совершения сделок. Апелляционный суд признал, что у банка отсутствовали законные основания для списания в одностороннем порядке денежных средств со счета общества.
Верховный Суд отменил решение суда первой инстанции и постановление кассации, а постановление апелляции оставил в силе.